Старушка моя одна втихаря собрала все документы и буквально силой вытащила меня к нотариусу со словами: «Сашка! Если я о тебе не позабочусь, ты у меня все просрёшь!» В выборе выражений бабуля себя не ограничивала. И вообще была женщиной оригинальной. Курила, любила модно одеться, меняла мебель в квартире. И материлась периодически, но не как сапожник, а с великосветским шиком. Моя бабушка – отдельный разговор. По какой-то неведомой прихоти небес качества ангела-хранителя и житейского гуру соединились в одной экстравагантной старушке. Точнее, даме. Без возраста, поскольку у мудрости возраста нет. И это чудо досталось мне, все целиком. По чистой случайности, потому что у бабушки вообще-то двое детей. Мама и мой дядя. Дядя старший. У них с мамой разница почти пятнадцать лет. Дядя выучился на геолога, уехал изучать сейсмологию на Дальний Восток. Влюбился в этот волшебный край, женился, остался. Сейчас он видный ученый, работает по контракту в Японии. Его дочь, моя двоюродная сестра, тоже живет в Стране восходящего солнца. Она переводчик. Последний раз я видела дядю на похоронах бабушки, два года назад. А раньше приезжал часто, примерно раз в год, привозил банками красную икру и всякие дальневосточные деликатесы. Он таскал нас с двоюродной сестрой по заветным местам его детства, пока мы не начинали валиться с ног, и рассказывал семейные истории. От него я узнала, что у бабушки между ним и мамой было еще трое детей, мальчиков, но все они умерли в младенчестве. Бабушка прожила в городе всю блокаду., и ее организм не справлялся с материнством. Детишки рождались слабыми. Мама самая последняя и нежданная звездочка. Так ее называли в семье. Поздний и очень желанный ребенок. Маму баловали. Тем более; росла она редкой красавицей. Вот и выросла, как оранжерейное растение, не готовое к ветрам и бурям. Когда же они грянули, бабушка привычно бросилась грудью на амбразуру. Потому что ровно через год после моего рождения в семье случился цунами местного значения.