Он добр ко мне – мой блистательный племянник. Думаю, он был немножечко влюблен в мою ласковую Генриетту. Мой сын – тоже добр. Он всегда был добр в своей небрежной манере, заставляющей меня опасаться, что спокойной жизни ему не видать… Молюсь, чтобы удалось ему удержать корону. Людовик ценит умение Карла

Когда я в последний раз была в Англии, он смотрел на меня с таким пониманием… Тогда я попросила его вернуться к истинной вере, а он нежно обхватил мое лицо ладонями и поцеловал меня, назвав «матушкой», как в раннем детстве.

– Всему свое время, – загадочно промолвил он.

Я никогда не понимала Карла. Я знаю лишь, что он обладает удивительным даром завоевывать сердца людей. Его стройная высокая фигура отличается грацией и изяществом, которые с лихвой искупают все недостатки его лица. Если бы только Бог даровал Карлу наследника, в Англии все было бы хорошо – насколько может быть хорошо в стране, лишенной благословения Господня. Но оно все же может снизойти на эту несчастную многострадальную страну. Я так много лет надеялась на это…

Жена Карла, дорогая моему сердцу Екатерина, так покорна и так влюблена в своего супруга. Это, наверное, трудно понять, – ведь он не скрывает от нее свою любовницу и отказывается – хотя и в своей беззаботной, обворожительной манере – покончить с распутным образом жизни.

Встречаясь с сыном, я пыталась поговорить с ним, однако, должна признаться, мы больше обсуждали религиозные проблемы, так и не коснувшись ни разу темы престолонаследия. Видимо, в том, что у Карла до сих пор нет наследника, виновата Екатерина. Бог свидетель, мой сын наплодил достаточно бастардов по всему королевству и щедрой рукой оделяет их землями и титулами. Как-то один из королевских придворных заметил, что в будущем едва ли не каждый англичанин, даже из самого захолустья, сможет утверждать, что и в нем течет кровь Стюартов.

Жизнь – странная штука. И вот я приближаюсь к концу своего земного пути. Теперь я часто думаю о моем дорогом муже Карле