В заднюю дверь дома Мэгги Уинтроп барабанил голый мужчина.

Она дважды внимательно оглядела его из кухонного окна и заметила, что дебошир весь покрыт грязью, словно ползал в ее саду. Грязью и… неужели кровью? Во всяком случае, разводы на плече и руках похожи на кровь. Горящие глаза, темные взлохмаченные волосы стоят дыбом, будто он только что выполз из аэродинамической трубы.

И да – он, несомненно, абсолютно голый.

И откуда-то знает ее имя.

– Мэгги! – заорал нудист, колотя в дверь. – Mэг, впусти меня!

Слава Богу, там заперто. Мэгги помчалась убедиться, что и входная дверь тоже на замке. Схватила беспроводной телефон, чтобы вызвать полицию, когда визитер снова воззвал к ней:

– Мэгги! Господи, пожалуйста, пусть она окажется дома!

В голосе звучала такая тоска… именно неподдельное отчаяние и что-то еще помешали Мэгги набрать номер. Что-то странно знакомое.

Перемахивая через ступеньки, Мэг поднялась по лестнице на второй этаж. В суматохе опустила трубку в раковину, едва не утопив, двумя руками отжала окно в ванной и открыла настежь.

Мужчина услышал шум, перестал стучать и выжидательно воззрился на нее, а она точно так же таращилась на него сверху вниз.

– Мэгги… – с огромным облегчением выдохнул пришелец.

Но несмотря на странные проблески узнавания, Мэг со всей определенностью поняла, что не узнает этого человека. Голый мужчина совершенно точно ей незнаком. Уж она бы обязательно запомнила такого красавца, увидев хотя бы мельком… даже в одежде.

Высокий, великолепная фигура, наводящая на грешные мысли, стальные мышцы, и ни единой лишней унции жира, куда ни посмотри. Костюм Адама позволял получить полное представление обо всем. Чрезвычайно широкие плечи и мощные руки. Твердый, как стиральная доска, сексуальный живот, узкая талия, идеальные бедра и худощавые длинные ноги. Густая темно-каштановая шевелюра, которую он в данный момент приглаживал пальцами, пытаясь отбросить пряди со лба назад. На груди и других местах вьются темные волосы.