— Неужели? — Его расслабленный вид не вязался с жестким взглядом голубых глаз. — В контракте предусмотрено, что мы можем остаться…

— Да, но только на одну ночь.

— А я прошу всего неделю.

— Я уже объясняла, — сказала Эми, сосчитав про себя до десяти, чтобы успокоиться, — мы не обслуживаем никаких гостей.

— Я ведь не собирался здесь оставаться, — вызывающе заявил Макс.

— Значит, не надо было прогонять невесту.

— А почему вы думаете, что это я ее прогнал? Может быть, наоборот — она меня бросила. Неужели в вас нет ни капли сострадания к отвергнутому жениху?

— Вы уверены, что именно вы — пострадавшая сторона? — скептически поинтересовалась Эми.

— Скажем так — решение было обоюдным. Не делайте из меня негодяя. Разве Робин выглядела расстроенной, когда уезжала?

— Нет, — призналась Эми, — но она приехала и была готова…

— Она опоздала больше чем на час и, видимо, не слишком горела желанием присягать на верность. Послушайте, я слишком устал, чтобы и дальше препираться. Отложим продолжение до завтра, идет?

— Завтра вас здесь не будет. Я верну вам деньги за проживание.

— За свадебную ночь? Я за нее заплатил и намерен остаться. — Он смотрел на Эми как-то странно, будто думал вовсе не о Робин. Кровь бросилась ей в лицо. Он встал и, засмеявшись, приблизился к Эми.

— Что здесь смешного? — вспыхнула она оттого, что невольно выдала свои чувства.

— У вас такой вид, будто вы боитесь, что я предложу вам подняться со мной наверх. Не беспокойтесь. Я буду спать один, хотя для одного кровать слишком большая. — Он явно ее дразнил, но ей еще больше стало не по себе. — Послушайте, все, что мне нужно, — это скрыться от прессы. Я пока не готов делать какие-либо заявления. Так что, прошу вас, не выгоняйте меня.

Ей пришлось уступить. Она даже предложила ему бренди, но уточнила: