Стейси в свою очередь разглядывала его.

Сначала ей показалось, что перед ней подросток. Однако, приглядевшись внимательнее, она поняла, что он более взрослый и зрелый, чем кажется. Очевидно, в заблуждение вводили его слишком уж озорные, чуть зеленоватые, глаза. А также рыжеватые вихры. Конечно, рыжим его можно было назвать с очень большой натяжкой. Но искорки рыжины в волосах парня проскакивали.

В целом он производил на редкость положительное впечатление. Таким людям Стейси почему-то начинала быстро доверять. Клетчатая рубашка, которой были обтянуты его плечи, добавляла благопристойности его внешнему виду. Но парень был не просто положительным, он располагал к себе каким-то скрытым, не проявляющимся демонстративно обаянием.

– А я тоже тебя раньше тут не видела, – объявила Стейси.

Парень ничуть не смутился.

– Ничего удивительного, – кивнул он. – Раньше меня тут и не было.

– Вот как?

– Переехал сюда с семьей, здесь и буду доучиваться.

– Откуда переехал? Издалека?

– Да не особо. Отцу понадобилось по работе. Говорил, что это ненадолго. Но я еще тогда понял, что легко не отделаюсь. Застряли мы тут основательно.

– А откуда вы приехали?

– Филадельфия.

Стейси присвистнула:

– Тогда понятно, почему для тебя остаться здесь означает застрять… Ну ничего, здесь не так плохо, как кажется на первый взгляд.

– Да мне и не кажется, что здесь плохо, – расхохотался парень. – Кстати, меня зовут Кевин. Кевин Армстронг.

– Стейси О’Нил.

– А ты родилась в Монровиле?

– Да, и мама тоже родилась здесь, нам тут все привычно. А вот муж матери не так давно переехал сюда. Но он из Ирландии, так что ирландские корни и на чужой земле не теряются. Ты ведь тоже имеешь к общине какое-то отношение?

– А ты как думаешь? Иначе что бы я тут делал?

– Ну, не знаю. Меня сюда привела подруга, посещения с родителями даже и вспомнить не могу. Начала бывать тут где-то с год назад и передать не могу, как много мне это дает!