– Ты это о чем? – не поняла Стейси.

– Да так… – протянула Розалин. – Выискиваешь все самое лучшее. Придирчива так, как будто от тебя откажутся, если на вышивке будет меньше жемчужинок, чем хотелось бы.

– Мне просто очень хочется сделать ему приятное.

– Понимаю… Только, Стейси…

– Что?

– Ты не думаешь, что, если ты будешь слишком сильно стараться и суетиться, он окончательно расслабится и будет воспринимать все как должное?

– Не знаю, в каких единицах измерять градусы старания. Разве, по-твоему, счастливая семья получается не тогда, когда двое вкладывают всю любовь и заботу друг о друге в отношения?

– Может, ты и права, – задумчиво протянула Розалин. – Только, Стейси, все же постарайся иногда не забывать о себе. Ты слишком самоотверженная девочка. Не хотелось бы, чтобы окружающие воспринимали это как должное.

Розалин и сама не знала, насколько окажется права. По крайней мере, в отношении Кевина.

Но даже и Розалин не могла представить себе всю абсурдность того, что стало происходить в жизни Стейси.

Роскошную и пышную свадьбу Стейси и Кевин устраивать не стали. Они не хотели брать деньги у родителей, а отложить из собственного заработка получилось не очень много.

Отложенного хватило на небольшой банкет в столь любимом Стейси «Каминном зале» и на то, чтобы забронировать номер в гостинице для молодоженов. Выбор пал на симпатичный отельчик в Питтсбурге. Не получалось и свадебного путешествия. Решили съездить куда-нибудь в Италию или Испанию, а может, и в Ирландию ближе к следующему лету.

На своей свадьбе Стейси была, наверное, впервые в жизни по-настоящему обворожительна. В парикмахерской ее русые мягкие и рассыпающиеся волосы уложили в высокую прическу, выпустив при этом несколько прядей и тщательно завив их.

Розалин сама сделала Стейси макияж в серебристо-сиреневых тонах. Выбранное Стейси платье было скромным, строгим, но изящным – прямой силуэт до пола, квадратный вырез, расшитый искусственным жемчугом. Каллы в свадебном букете, перевитые серебряными лентами. Букет, кстати, поймала именно Розалин.