Понимая, что литература мечты должна опираться на все достижения научного прогнозирования и социологического предвидения — обоснованного и не очень обоснованного, — Иван Антонович и сам вслед за критиками пытается проследить возможное влияние на него утопистов. Он ищет произведения, с которыми мог бы сопоставить свою "Туманность" и с которыми не может не полемизировать. Вот что отмечает писатель в двух письмах Дмитревскому:

"Москва, 1 января 1961.

Из классических утопистов мне наиболее приятен Фурье (он наиболее трезв в суждениях). На "Андромеду" они могли повлиять лишь отдаленно, потому что теперь это — почти религиозные мечты о праведном человечестве, и мы понимаем, насколько сложнее общественное развитие нашей планеты. Ближе всего к Андромеде Уэллсовские "Люди как боги" (Men like gods) — вещь в свое время так же недооцененная нашими философами, как позднее кибернетика.

Романа Бреммера "В туманности Андромеды" я не читал — не мог достать, его нет в СССР, равно как и другой книги об Андромеде: Large E. C. Dawn in Andromeda, London, 1956 ("Рассвет в Андромеде").

Первый роман, насколько помню — на спиритической основе. Третья известная мне вещь (есть у меня) это роман Мерака: "Темная Андромеда" (A. J. Merak, Dark Andromeda, London, 1954) — чудовищный типично американский межгалактический пошлый и вульгарный шпионаж. Есть еще небольшая повесть "Пленены в Андромеде" (Marooned in Andromeda), не помню автора, тоже пустяковина космических заговоров, необычайных чудовищ и очаровательных астронавток.

Как видите, ни одна из этих книг не могла быть отправной точкой для моей "Андромеды" потому ли, что я не читал или потому, что чепуха".