— Я согласна, папа, — тихо произнесла Вайолет, в душе ругая Декстера за толстокожесть. — Если, конечно, ты позволишь мне.

Судья Ченнинг расцвел. Нет, за такую дочь, как Вайолет, ему никогда не придется краснеть. Она все делает так, как надо. Старшая Флоренс была немного другой, шумной и своенравной, и иногда им было тяжело с ней. Однако это не помешало удачно пристроить ее замуж. А теперь и с Вайолет все решено. Трудно представить себе более подходящую партию для нее, чем Декстер.

— Вайолет, дорогая моя, позволь поцеловать тебя поотцовски, — пробормотал Захария Льюис, вставая со своего места.

Он подошел к девушке, которая послушно поднялась и позволила ему прикоснуться дрожащими губами к своей щеке.

— Я так счастлив, Вайолет.

Судья Ченнинг с умилением наблюдал за этой трогательной сценой. Какая хорошенькая у него дочка! Как ей повезло окрутить этого Льюиса… Судья кинул осторожный взгляд в сторону Декстера, который попрежнему сидел с равнодушным видом. Похоже, в ответе парнишка не сомневался. Ченнинга кольнуло неприятное чувство. Если бы Декстер знал, сколько парней увивалось за его Вайолет, он не был бы так спокоен. Хотя кто разберет этих молодых людей. Может быть, умирать от счастья теперь не в моде…

Вайолет тоже была встревожена равнодушным видом Декстера. Более того, оскорблена. Декстер мог бы сообразить, что в подобных обстоятельствах лучше показаться восторженным мальчишкой, чем бесчувственным истуканом. Словно он сделал ей величайшее одолжение! Ничего, она заставит его заплатить за все, когда станет миссис Декстер Льюис…

— Кстати, Захария, я тут на днях достал необычный экземпляр начала века, — вдруг произнес судья.