— Иду! — раздраженно бросила девушка и стремглав выбежала из комнаты.
Вайолет так торопилась, что чуть не упала на широкой, устланной ковром лестнице. Перед массивной дверью в библиотеку она остановилась, глубоко вздохнула, досчитала до десяти и робко постучала.
— Ты вызывал меня, папа? — тихо спросила она, открывая дверь. — О, здравствуйте, мистер Льюис… Декстер.
Ни единым жестом Вайолет не выдала, что ей известно о присутствии Льюисов. Она выглядела искренне удивленной и обрадованной. Естественно, насколько это приличествовало юной девушке в присутствии мужчин.
— Проходи, Вайолет, мы тебя заждались, — проговорил судья, довольно потирая руки.
Это был невысокий кругленький человечек с пышными седыми усами. В Эмералд Спрингс у него была репутация человека честного, но себе на уме. Судья Ченнинг ни за что не упустит своей выгоды, это было известно всем. Захария Льюис очень уважительно у нему относился, и Ченнинг платил ему той же монетой.
— Присаживайся, детка, — пробормотал он, — мне нужно сообщить тебе нечто важное…
Вайолет с достоинством села. Захария Льюис с интересом разглядывал ее. Воспитанная девушка, ни одного фривольного жеста или слова. На Декстера не пялится и не хихикает через каждые пять минут. Какой удачный выбор!
— Мистер Льюис оказал нам честь, Вайолет, — высокопарно начал судья. — Он пришел сегодня просить твоей руки для своего сына.
У Вайолет все закружилось перед глазами. Дождалась.
— Сейчас не Средневековье, и я не могу дать ответ без твоего согласия. Хотя хотел бы. — Ченнинг улыбнулся в усы, довольный собственным остроумием. — Что скажешь на это, детка?
Вайолет скромно потупилась. Ей стоило огромных усилий спрятать свою радость.
— Ну не молчи, детка, — Ченнинг подбодрил дочь. Ее застенчивость делала им честь. — Мистер Льюис ждет…
Вайолет оглянулась на Декстера, словно ища у него поддержки. На самом деле ей хотелось убедиться в том, что он волнуется. Однако тут ее ждало разочарование — Декстер разглядывал книги и не смотрел на нее. Зато Захария оценил ее жалобный взгляд по достоинству. Какая милая девочка! — вновь отметил он с удовольствием.