- Нет, — он с любопытством посмотрел на нее.— Я родился на Сен-Пьере.

- А разве это не во Франции? — нахмурилась она.

- Нет, это французский остров у Ньюфаундленда.

- Значит, Канада!

- Правильно! — Андреа даже остановилась,— Помню, в школе учительница географии рассказывала об островах, которые остались единственной французской собственностью в Северной Америке. Развитая рыбная промышленность. И еще учительница говорила, что там обычно прятался от правосудия Аль Капоне.

— У вас острая память. — Уголки его губ насмешливо поползли вверх.— И вы много знаете об этом острове. Я потрясен.

— А я удивлена. Еще никогда не встречала уроженца тех мест. У вас безукоризненный английский. У меня и мысли не было...

— У меня мать американка. И я сдавал экзамен, когда получал гражданство.

— Ваша семья еще там? — Ей хотелось знать о Гейбе все.

Тень пробежала в его глазах. Но совсем мимолетная.

- Да.

— А как вы уехали?

— Мне очень хотелось посмотреть мир. А сейчас я сотрудничаю с Французским департаментом рыбного промысла. И знаю, что в долине Марны проблемы с рыбой.

— Что там случилось? — Андреа не могла скрыть любопытства.

Они снова пошли.

- В прошлом году дожди смыли отходы одной фабрики в реку. Пришлось проводить работы по очистке воды. Но сейчас все в порядке. И я рад, что старик поймал карпа.

— А какую работу вы выполняете в департаменте? — У Андреа возникло столько вопросов, что она едва успевала выпалить очередной.

- Помогаю поддерживать связь между французскими и канадскими береговыми станциями на территориях, где идет рыбный промысел.

Боже милостивый, но это же уйма дел! Только человек исключительных способностей может управлять корпорацией ценой в миллиард долларов и вдобавок заниматься делами рыбного промысла!