— Ты просто не слушаешь меня. Все очень просто. Я хотел, чтобы Ванесса прикинулась сегодня вечером моей невестой. — Он смахнул со своих безупречных брюк невидимую пылинку.

— Прикинулась? — переспросила ошеломленная Мэгги. — Почему?.. — Она откашлялась и продолжила прежде, чем Найджел успел бы заявить, что это не ее дело: — И часто ты приходишь по утрам и обращаешься с такими просьбами?

Голубые глаза Найджела впились в ее лицо.

— Ты сказала… по утрам?

— Итак?..

Мэгги почувствовала, что теряет инициативу, ей показалось, что, если она будет смотреть на Найджела сверху вниз, это придаст ей уверенности в себе. Она поднялась со стула, однако желаемая величественность действия оказалась подпорченной из-за того, что Мэгги оступилась, запутавшись в длинных штанинах пижамы. Она ожидала насмешек Найджела, но их не последовало.

Найджелу впервые пришло в голову, что скрывающая ее миниатюрную фигуру пижама на самом деле принадлежит мужчине. Мысль о том, что, возможно, Мэгги в соседней комнате делила постель с мужчиной, поразила его. До этого момента она оставалась для него просто младшей сестрой Ванессы, забавной малышкой с шиной на зубах. Найджел посмотрел на Мэгги внимательнее. Да, шина исчезла. В облике гадкого утенка произошли и другие перемены к лучшему. Найджелу вдруг стало не по себе.

— Сейчас не утро.

Появившееся на лице Мэгги недоверие сменилось паникой. Я не вправе осуждать ее, подумал Найджел, сам в свое время проводил бурные ночи.

— Какой сегодня день? — после короткого молчания спросила она.

Найджел заморгал. До такого он никогда не докатывался!

— Вечер среды.

Мэгги рухнула на стул, с которого недавно поднялась, и хрипло спросила:

— Ты серьезно?

— А какой, по-твоему, сегодня день?