- А где наши одеяла?

- Одеяла? - безучастно спросила леди Сора.

- Одеяла, в которые мы заворачиваемся, когда спим.

- Одеяла отданы в стирку, и слуги быстро управятся с ними.- Уильяму казалось: он воочию видел озорную улыбку на ее лице.- Как только камыш будет сожжен, а полы вычищены.

- Мы не сможем спать на этих скамьях без одеял. Слишком холодно.

- Ну тогда вам придется улечься на этих кучах камыша, которые вы тут навалили,- произнесла леди Сора без всякого интереса.

- Но камыш сгнил.

- Да.

Уильям прислушивался к ее словам день за днем. и ему очень нравилось, насколько умно она справлялась с детскими уловками крепостных, нравилось слушать их ворчание, когда они принимались делать то, что она приказала, без каких-либо вопросов. Только некоторые из них не поддавались и все еще уклонялись от ее распоряжений, и Уильям почувствовал, как внутри у него закипает нетерпение. Эти лакеи ставили под сомнение власть женщины его круга, женщины, которая говорит на французском, как норманны, но понимает все, что ни скажи, и на этом варварском английском языке, женщина не требовала от них большего, кроме разве того, чтобы они честно зарабатывали свой ужин.

- Сегодня день, которого мы так ждали,- объявила леди Сора за завтраком.- Как только столы будут убраны, мы выгребем уборные.

Общий стон поднялся над собравшимися в зале.

- Да, я знала, что вы будете рады.- Уильям слышал мрачную решимость в ее голосе.- Они заполнены доверху, а обычай выгребать только верхний слой фекалий с сегодняшнего дня отменяется.

- Я этого делать не буду,- в последний раз оказала сопротивление Хоиса.- Я белошвейка, и не моя работа вывозить дерьмо. Вам не удастся заставить меня.

Уильям услышал в ее голосе вызов, услышал, как вышел вперед Олден, услышал шепоток других холопов, ожидавших, что будет Хоисе за это открытое неповиновение. Он не знал, что заставило его это сделать, однако, с трудом сохраняя спокойствие, он произнес: