— Никто не придет, пока сама не позовешь, — заверил ее Билл. — А если тебе потребуется общество, там собралось множество интересных людей, есть из кого выбирать.

— Думаю, что буду держаться в стороне, — отозвалась Линн. — Это такая роскошь — иметь возможность писать, когда захочется, не принимая во внимание еще чьи-то интересы. Здорово! Можно писать хоть всю ночь напролет и не беспокоиться, что кому-то мешаю спать.

Ноябрьское солнце мягко касалось стволов деревьев, искрилось в речушках, вьющихся вдоль шоссе, сияло на ярко пламенеющих в осенних нарядах березах и кленах. День клонился к вечеру, когда она подъехала к развилке. Отсюда начиналась дорога в горы. Дорога эта пересекала границу штата Орегон и затем превращалась в редко используемую колею.

Линн отошла от заправочной станции — взглянуть на вздымающиеся впереди громады гор, она услышала звук, похожий на стук первых дождевых капель. Взглянув вверх, она поняла, что это шум крыльев большой стаи каких-то пташек, летящих к югу.

«Нужно узнать, как они называются, — подумала девушка, — и почему издают такой интересный глухой звук вместо характерного для обычных птиц щебета.

Нужно обязательно узнавать обо всем, если я хочу поведать об этом читателям. Если мечтаю поделиться с ними видом этого роскошного заката, окрасившего предгорья в багрово-ржавые тона и превратившего одинокий тополь в сверкающий золотом столб. Профессия писателя духовно обогащает человека — каждый рассматриваемый объект расширяет границы познаний о мире, в котором он живет».

Мыслями девушка унеслась в заоблачные дали, но автомеханик, доброжелательный розовощекий мужчина с широкой улыбкой, вернул ее на землю, громко спросив: