Если все сложится так, как хочется Рорку, - а иначе просто не бывает, - эта богатая вдова будет умирать шесть раз в неделю по вечерам и два - во время утренних спектаклей. Причем продолжаться это будет несколько месяцев - на потеху "детективам", сидящим в креслах согласно купленным билетам.
- Не стоит он того, - пробормотала Ева. Пьеса настолько захватила ее, что она искренне негодовала на персонажей, которые были ей не по душе. Кристина жертвует собой, разыгрывает перед присяжными спектакль, чтобы они увидели в ней хищницу, бессердечную суку, И все для того, чтобы выгородить его. Потому что она его любит. А он просто дешевка!
- Но ты же сама сказала, что она предала его, - откликнулся Рорк.
- Это только кажется, - отмахнулась Ева. - На самом деле, прикинувшись злодейкой, она перевела все стрелки на себя. На кого смотрят сейчас присяжные? На нее. Она оказалась в центре внимания, а о нем все уже забыли. Здорово у нее голова работает! Только вот ради кого? Ради этого ничтожества? Неужели она сама еще этого не поняла?
- Подождем - увидим.
- Ну скажи, я права?
Рорк наклонился и поцеловал жену в щеку.
- Нет.
- Нет? Я не права?!
- Нет - я не скажу тебе. А ты помолчи, иначе пропустишь что-нибудь важное.
Ева бросила на мужа сердитый взгляд, но все же послушалась и продолжала смотреть спектакль молча. Когда присяжные признали подсудимого невиновным, она возмущенно закатила глаза. Ну и олухи! Значит, присяжные дураки не только в реальной жизни, но и в пьесах. Если бы вместо этих двенадцати простофиль в жюри присяжных посадить двенадцать полицейских, они прищучили бы этого мерзавца в два счета!