— Ну и как, вы в состоянии? Позаботиться о себе, я имею в виду.

Медленным движением она вытащила руку из-под его ладони.

— Я знаю, что красный свет светофора велит идти, а зеленый стоять. — Голос Флоренс звучал одновременно раздраженно и утомленно. — Что огонь обжигает, а лед холодит. Что, если идет дождь, надо взять с собой зонт, а если звонит телефон, следует поднять трубку и ответить. Знаю, какой сегодня день, месяц и даже год. Мне кажется, что я умею готовить, а если даже и нет, то знаю о деньгах достаточно, чтобы купить все необходимое.

Руперт пожал плечами.

— Тогда в чем же дело?

— Я не знаю, где живу и чем зарабатываю себе на жизнь. А поскольку мне также неизвестно, есть ли у меня семья, и мне некуда идти, то миссис Пибоди решила, что стационарный уход поможет мне продержаться до тех пор, пока я не буду в состоянии содержать себя сама.

— А что, если… — Замолкнув, он тщательно обдумал свои дальнейшие слова, ведь стоит их произнести, как обратной дороги уже не будет. Однако, черт побери, у него просто не хватит духа повернуться спиной к человеку, действительно в нем нуждающемуся! — Что, если найдется некто, желающий взять на себя заботу о вас? — выпалил Руперт, не давая себе времени передумать.

Склонив голову набок, она недоуменно нахмурилась.

— Что вы хотите этим сказать?

Нет, его брат прав: он самый настоящий псих. Не говоря уже о полном отсутствии обыкновенного здравого смысла…

Но она не такая, как другие, твердил ему внутренний голос. А быть может, это говорило влечение к ней? Руперт так не думал. Впрочем, вряд ли это имело сейчас значение.

— Что, если есть человек, желающий, чтобы с вами было все в порядке? — Ну вот он все-таки сказал это. Теперь отступать уже некуда.