— Он не помогает мне, — возразила я. — У меня не хватает времени заниматься овощами.
Сэйвил доел суп, налил себе вина.
— Хотите добавки, сэр? — спросил Никки.
— Должна объяснить вам, милорд, — вмешалась я, — что ужин состоит из одного блюда: этого супа, которого в достатке. На второе — сладкое.
— В таком случае, — весело сказал граф, — прошу налить мне еще тарелку. Только полную.
Никки с готовностью выполнил его просьбу.
Глава 2
Поскольку ужин был не слишком обильным, он длился недолго. Потом я отправила Никки наверх заниматься и пригласила графа в гостиную на бокал хереса, бутылку которого держала для мистера Ладгейта, который иногда приезжал ко мне с визитом.
Я налила хереса и себе — для смелости? Я понимала, что, к несчастью, мне придется, хочу того или нет, выслушать графа Сэйвила и узнать, что привело его в мой дом. Ничего хорошего от этого разговора я не ждала, а потому заранее готовилась к обороне.
Мы уселись в кресла по обе стороны камина, отпили вина и некоторое время молча смотрели друг на друга.
Граф первым нарушил молчание:
— Вы не такая, как я предполагал.
Я вздернула подбородок:
— Не вполне понимаю, что хочет сказать ваше сиятельство.
— Не понимаете?
Он сделал еще глоток и посмотрел на меня поверх бокала. Теперь его глаза были не карими, а цвета янтаря, как херес.
— Не понимаю, — повторила я, отвернувшись к камину и стараясь, чтобы на моем лице не отразилось охватившее меня смятение.
Он опустил бокал.
— Я приехал к вам в Суррей, миссис Сандерс, — сказал он, переменив тон на сугубо деловой, — прямо из Девейн-Холла с известием, что лорд Девейн скончался.
Это было вовсе не то, что я ожидала услышать. По-прежнему пытаясь сохранять самообладание, я спросила:
— Почему вы думаете, что это хоть в какой-то степени должно меня касаться?