Работа стоила ему непомерного труда, блестяще продуманных планов, мастерских операций, и завершающий штрих должен быть по-настоящему триумфальным. Месть должна быть достойной преступления. Его враги знали, что он обладает всей информацией. Он сам методично, шаг за шагом, не переставал намекать об этом. Разумеется, они делали все возможное, чтобы остановить его. Но поздно, остановить его теперь не смог бы и сам дьявол. Все, что ему оставалось, — это ждать, когда они вернутся в Лондон. И вот наконец время настало — они вернулись и заперлись за семью замками. Чувствуют, гады, что возмездие неотвратимо!.. Впрочем, то, что пришлось ждать этого часа, лишь сыграло ему на руку. Было время продумать все до мельчайших деталей, подготовиться самым тщательным образом… Удар должен быть точным — чтобы разрушить раз и навсегда их жизнь, репутацию, окружить их всеобщим презрением — все то, что они когда-то сделали с ним… Он вдруг почувствовал толчок в бок, и, прежде чем успел осознать это, его рука выхватила пистолет. Боковым зрением он заметил толкнувшего. Низкорослый, полноватый господин средних лет был перепугай насмерть при виде оружия.

— Простите, сэр, — залепетал незнакомец, — я толкнул вас случайно… я ничего не хотел… ради Бога, извините, сэр…

Пистолет тут же снова исчез за поясом.

— Это вы меня простите, сэр. Я только что вернулся из диких стран… отвык немного от цивилизации… прошу не сердиться!

— Ни в коей мере, сэр, я могу вас понять, сэр… — Бледный как смерть, толстяк поспешил ретироваться.

Владелец пистолета мрачновато улыбнулся. Ему было жаль, что он насмерть напугал этого беднягу, но реакция схватиться за оружие была нелишней. На месте этого симпатичного толстячка мог оказаться и не столь безобидный субъект — враги наверняка не дремлют… Улыбка его тут же исчезла, тонкие губы снова поджались в мрачную волевую линию. Улыбаться он будет потом, когда закончит дело… Подхватив поклажу, он направился к стоявшему у обочины экипажу.