Сэнди невольно им позавидовала. Или я уже не кажусь ему привлекательной, или холостяцкая жизнь пришлась Тони по душе, или не может забыть обиды... Во всяком случае, лежат, почти касаясь друг друга, а... чужие.

Внешне Тони казался спокойным, расслабленным, хотя на самом деле его тоже снедали многочисленные вопросы. Рыжик... Рыжик... Что мне с тобой делать? — размышлял он. Ты такая сексуальная и кажешься такой доступной в этом бикини. Но держишься столь холодно, словно мы всего лишь шапочные знакомые.

Зачем на самом деле ты забралась в Джорджию? Только ли чтобы написать статью для «Виндоу»? Или у тебя другое на уме? Если так, дай мне хотя бы намек.

Отложив тюбик с кремом для загара, Сэнди вытянулась на спине и закрыла глаза. Тони последовал ее примеру. Со стороны могло показаться — дремлют. На самом же деле между ними шел напряженный диалог. Не такой, какой бывает обычно во время ссоры между супругами, когда, не выбирая выражений, мужчина и женщина сгоряча кидают друг другу обвинения. А мучительный, тяжелый, где каждое слово дается с трудом, будто после продолжительной и опасной болезни, унесшей все силы.

Почти одновременно, не сговариваясь, они пошли к воде, словно желая смыть живительной океанской водой непосильный груз, копившийся годами.

— Хочешь выпить чего-нибудь холодного? — спросил Тони, когда они снова улеглись на жаркий песок. Подросток с переносным холодильником как раз остановился рядом.

Сэнди молча кивнула. Хотя выбранный ею лимонад и был ледяным, он отнюдь не утолил жажду.