Поглощая пиво большими, жадными глотками, Тони испытывал те же муки сожаления. Он забыл обиды, как бы велики они ни были, и снова оценивал Сэнди по достоинству и был готов на компромисс. Если бы ему удалось задержать ее на Фрисколе еще на несколько дней! Вместе отправляться в ночные экспедиции, потом спать в одной постели. Как знать, надежда на примирение могла бы и сбыться...
В морозилке у него есть несколько отличных бифштексов и хорошая бутылка вина — он вообразил себе романтический вечер, сулящий возможность все в их отношениях раз и навсегда поправить. Но тут Тернер вспомнил о памятной записке, пришпиленной к его «доске объявлений» над столом. Еще две недели назад он обещал Долли Клинф пойти с ней на фестивальный концерт, ежегодно проводившийся в Брансуике.
— Проклятье, — пробормотал он, в отчаянии раздавив банку из-под пива.
Удивленная, Сэнди тут же спросила:
— В чем дело?
— Ничего такого, с чем бы я сам не справился...
Поддавшись собственной слабости, Тони согласился сопровождать Долли Клинф на фестивальный концерт. И совсем забыл об этом. Отчасти провал в памяти объяснялся его равнодушным отношением к скрипичным квартетам, да и сама Долли была тому причиной. Хотя мужскому самолюбию и льстило, что эффектная девушка увивалась за ним, он не желал попасться в расставленные сети.
Значит, придется позвонить и отказаться, принести извинения. Если Долли рассердится и охладеет к нему, тем лучше.
Тони предложил Сэнди вернуться домой. Рассеянно бормоча что-то о необходимости срочно позвонить в Брансуик, быстро собрал пляжные принадлежности. Во дворе протянул Сэнди мыло и полотенце.