– Да, очень хочу. – Открыв отделение в расположенной прямо перед ним панели, Сэбин достал оттуда рукопись в светло-голубой обложке, большой конверт из манильской бумаги и передал все это Кери. – Сценарий, краткое содержание будущего фильма, предлагаемая ей роль, контракт, билет на самолет и аванс, который поможет ей расплатиться с первоочередными долгами.

– И сделает ее твоей должницей.

– Вот именно. Ей зарезервировано место на рейс, вылетающий послезавтра. Стало быть, у нее в запасе целый день, чтобы уладить свои дела, но не остается времени, чтобы поинтересоваться, почему «Глобал» предлагает ей роль, а все остальные киностудии – нет.

– Весьма предусмотрительно, – кивнул Кери. – И когда же я должен вручить ей эти тридцать сребреников?

– Как раз сейчас мы едем к ней. – Сэбин вздернул бровь. – Ты еще можешь отказаться. Я ни разу не видел, чтобы ты брался за работу с такой неохотой.

– Она не из слабых, – просто ответил Кери. – Последние три недели я каждый день видел ее в вечерних выпусках новостей. Она прекрасно держалась и ни разу не ударила в грязь лицом. Она, может, и сука, но ею нельзя не восхищаться.

– Говори за себя. – В голосе Сэбина прозвучала с трудом сдерживаемая злость. – Я не могу восхищаться мошенниками. Я их наказываю. – Он сделал глубокий выдох, и, когда заговорил снова, голос его уже звучал нормально. – Скажешь, что будешь встречать ее в аэропорту Марасефа, а мы с тобой вылетим сегодня вечером в Седихан на «Лэйр джет».

Кери кивнул, уложил рукопись вместе с конвертом в портфель и захлопнул его:

– Мэлори произвела на меня впечатление очень умной женщины. Она вполне может позвонить в «Глобал» и поинтересоваться, действительно ли все обстоит именно так.

– В таком случае она получит нужный ответ. «Глобал» я купил на прошлой неделе.

Глаза Кери расширились в неподдельном изумлении.

– Впервые об этом слышу. Почему ты ничего не сказал мне?