Они расписались пять месяцев назад. По мнению Лолы, период страстной влюбленности уже давно миновал, хотя Мэтт этого еще не осознал.

Свадьба проходила в имении одного миллиардера в Малибу, при фантастическом стечении народа и прессы. Над поместьем кружили вертолеты, с каждого дерева свешивался папарацци с объективом, а список гостей пестрил именами знаменитостей, со многими из которых молодожены виделись впервые в жизни. Один английский журнал выложил два миллиона долларов за эксклюзивные фото счастливой пары, а Фей уж позаботилась о том, чтобы все прошло в точности так, как она запланировала. У Фей было кредо: «Никаких просчетов!» – а кто их допускал, с тем она беспощадно расставалась. Вообще же сотрудников у нее было немало.

Теперь Лола уже не так радовалась своему супружеству. Она вообще быстро начинала скучать, а достоинства Мэтта исчерпывались загорелой физиономией и крепким телом. Профессиональный теннис он сразу забросил, предпочитая паразитировать на знаменитой жене. Когда же Лола начинала упрекать его, он заверял, что сочиняет сценарий, а кроме того, собирается брать уроки актерского мастерства.

Чудесно! Что же он до свадьбы не сказал, что подумывает о карьере в шоу-бизнесе?

Было и еще кое-что, чего Мэтт не знал. Лола вышла за него замуж с единственной целью – поддержать имидж секс-бомбы нового тысячелетия. Забудьте о Холли Берри, Дженнифер Лопес и Анжелине Джоли, у вас теперь есть Лола Санчес! А стало быть, надо держать планку. До Мэтта у нее был бурный роман с Тони Альваресом, блистательным кинорежиссером латиноамериканского происхождения, которого многие называли новым Педро Альмодоваром, хотя Тони был родом из Бронкса и три его картины представляли собой чистейший американский продукт.

Проблемой Тони являлись наркотики, и, несмотря на два ареста за хранение и солидный условный срок, о чем кричала вся пресса, он умудрялся снова и снова искать неприятностей на свою голову. Когда его проделки начали отражаться на репутации Лолы, знающие люди посоветовали ей побыстрей дистанцироваться от опасного дружка, пока он не сел за распространение наркотиков. Разумеется, все знали, что наркотики он только употреблял, но власти вполне могли сыграть на его популярности, чтобы изобразить необычайную активность.