– В таком случае вам следовало бы заниматься не уголовными, а гражданскими делами.

– Ха-ха…

– Мы установили личность женщины, с которой Бэнкхед говорила перед уходом. Ее зовут Сиси Планкетт. Она работала вместе с убитой в секции женского белья универмага «Сакс».

– Хватай такси. Встретимся там.

– Слушаюсь, лейтенант. А может быть, пообедаем в их симпатичном кафе на шестом этаже? Вам необхо­дим белок.

– Я съела булочку. – Услышав, что Пибоди завист­ливо ахнула, Ева плотоядно улыбнулась.

Наступил час пик, и это отнюдь не улучшило на­строения Евы. Она угодила в пробку и начинала поду­мывать о том, чтобы бросить машину и пойти пешком, но тут же оставила эту мысль, когда посмотрела на бит­ком забитый тротуар.

В небе тоже было тесно от вертолетов, перевозивших туристов и авиапассажиров. Шум стоял неимовер­ный, но, как ни странно, можно было разобрать отдель­ные звуки. Стоя на углу Мэдисон и Тридцать девятой, Ева опустила стекло и любезно попросила лоточника:

– Бутылку «Пепси», пожалуйста.

– Леди, вам какую – большую, среднюю или ма­ленькую?

Брови Евы поднялись и исчезли под челкой. Столь вежливый лоточник мог быть только новичком.

– Пусть будет большая.

Она протянула ему мелочь, и, когда лоточник на­клонился, чтобы отдать ей сдачу, Ева увидела, что это отнюдь не новичок. Ему было под девяносто. Но когда старик улыбнулся, выяснилось, что его зубы находятся в намного лучшем состоянии, чем у большинства кол­лег и сверстников.

– Прекрасный день, не правда ли?

Она посмотрела на застрявшие в пробке машины и заполнившие небо вертолеты.

– Должно быть, вы шутите.

Он снова улыбнулся.

– Мисс, каждый прожитый нами день – божье бла­гословение.

Ева тут же подумала о Брайне Бэнкхед.