Закончить фразу Сиси помешал гнев, вспыхнувший с новой силой.

– Кто-то убил ее! Кто-то убил Брай. Этот… этот Дан­те после свидания проводил ее до дома, как-то проник в квартиру и убил. Убил! – повторила она, стиснув за­пястье Евы. – Найдите его!

– Найду, – пообещала Ева. – Сиси, я еще не знаю всех фактов, но скоро узнаю. Расскажите мне все, что вам известно о человеке, которого Брайна называла Дан­те. Все, что она вам о нем говорила.

– Я не могу этого вынести. Простите, не могу…

Сиси встала, медленно подошла к столику и взяла графин с водой. Графин дрожал. Ева забрала его и сама наполнила стакан.

– Спасибо.

– Передохните немного. Сядьте, выпейте воды и постарайтесь успокоиться.

– Простите. Сейчас я приду в себя. – Ей удалось справиться с собой. Но держать стакан все-таки при­шлось двумя руками. – Похоже, у этого Данте было собственное дело. Он был богат. Брайна говорила, что он не хвастался; просто она сама сделала такой вывод из его слов. Он говорил, что был в Париже, в Москве, на курорте Олимпус, в Бимини и еще много где.

– Какого рода дело?

– Об этом говорить не принято. Ему тоже не следо­вало знать, где работает Брайна. Но он знал.

У Евы сузились глаза:

– Почему вы так думаете?

– Потому что неделю назад он прислал ей сюда бу­кет розовых роз.

«Розовые розы, – подумала Ева. – Лепестки розо­вых роз…»

– Что еще?

– Он говорил по-итальянски, по-французски и по-испански. Языки любви! – добавила она, размазывая слезы и тушь тыльной стороной ладони. – Брай это очень нравилось. Она говорила, что у этого человека романтическая душа. А я отвечала, что это замечатель­но, но меня интересует, какое у него лицо. Брай смея­лась и говорила, что если души находят общий язык, то лица не имеют значения. Но что она не будет в обиде, если его внешность окажется под стать душе.