Они поговорили, потом Том положил трубку.

– Отлично, – важно сказал он. – Роуленд тоже заедет к нам по дороге в Лондон. С ним его друг.

– Женщина-друг?

– Нет, мужчина. Они вместе учились в Оксфорде. Он работает в кинопромышленности.

– Интересно. – Катя искоса взглянула на Тома. – Линдсей будет рада. Тебе не кажется…

– Нет, не кажется, – решительно заявил Том. – Катя, я сто раз тебе говорил – они просто друзья.

– А по-моему, не просто. Это заметно всем, кроме тебя.

– Моя мать? Ты с ума сошла. Ей тридцать пять, причем тридцать пять ей уже довольно давно.

– Ну вот, значит, она того же возраста, что и Роуленд. Или примерно того же.

– Это совсем другое дело. Пойми, мама – женщина не его типа.

– Почему? Она хорошенькая, она милая. – Катя замолчала, слегка нахмурилась. – А ты что, знаешь, какие женщины его типа?

– Красавицы, – мрачно ответил Том. – По крайней мере, мне так говорили. Красавицы со сложной судьбой. Которых нужно от чего-нибудь спасать. Роуленд романтик. О нем ходит множество разных сплетен. – Том пожал плечами. – Может быть, все это вранье. Говорят, он разбивает сердца – разумеется, сам того не желая.

– Роуленд самоуверен, – задумчиво проговорила Катя. – Он один из самых самоуверенных мужчин, которых я знаю. Но некоторым женщинам – женщинам определенного возраста – это даже нравится. Например, Линдсей это может нравиться.

– Ничего подобного. Она все время шпыняет его за самоуверенность. Но он умный… И добрый. Поэтому она многое ему прощает. Он ей доверяет, а Роуленд мало кому доверяет.