Кое-что из выставленного вызывало у Лауры любопытство, но не более. Наконец на средней полке она увидела зеркало, лежащее как бы отдельно, на расстоянии от других вещей.

Около пятнадцати дюймов в длину, вероятно, в бронзовой раме, хотя металл настолько потускнел от времени, что сказать наверняка было трудно. На ручке обращал на себя внимание выгравированный или вырезанный сложный орнамент. Даже не взглянув на обратную сторону, Лаура была уже уверена, что там узор продолжается. Она никогда не видела этого рисунка, но каким-то непостижимым образом узнала его.

Более того, она была абсолютно уверена, что это то самое зеркало, которое она искала всю свою жизнь. Она знала это точно.

Она чувствовала это безошибочно.

Сердце Лауры взволнованно билось; ее рука, потянувшаяся к зеркалу, дрожала. Сначала она только коснулась его, провела пальцами по сложному узору. Затем бережно, словно точность каждого движения имела огромное значение, Лаура обхватила пальцами ручку зеркала и подняла его.

Только поднеся его к лицу, девушка поняла, что ее глаза закрыты. Она боялась открыть их. Боялась того, что увидит — или не увидит, — когда откроет их. Она испугалась, что наконец найдет разгадку своей загадочной страсти.

Глубоко вдохнув, она открыла глаза.

И увидела свое отражение. Рыжие волосы, зеленые глаза. Лицо бледнее, чем обычно. Почему-то оно всегда оказывалось не таким, каким она ожидала его увидеть. А за ним, за ее отражением, темнели ряды полок, уставленных вещами, и кусок яркого светлого квадрата — на месте распахнутой гаражной двери.

Ничего больше.

Ну что ж, половина загадки разгадана. Это то самое зеркало. Лаура была уверена в этом. Но что она должна была увидеть за своим отражением? И увидит ли это когда-нибудь?