Однако, с горечью подумала Элизабет, мама стремилась к этому браку ничуть не меньше, и папа не возражал. Брачный контракт позволил им оплатить огромные семейные долги — результат долгих лет азартных игр и расточительства. И тогда, казалось, не имело значения, что отец мистера Чэмберса был безродным торговцем и говорил с заметным акцентом кокни. Значение имело только то, что он был богат, как Крёз. В душе они, конечно, считали ниже своего достоинства выдавать дочь замуж за его сына, но нужно было чем-то жертвовать, если они хотели поддерживать тот образ жизни, который соответствовал их высокому положению.

Этой жертвой и стала Элизабет. Ее выдали замуж за мистера Эдвина Чэмберса чуть больше года назад, в начале декабря, за две недели до того, как старший мистер Чэмберс умер от сердечного приступа. В течение этих двух недель был зачат Джереми. После похорон отца мистер Чэмберс-младший оставил жену в огромном поместье, которое чуть меньше года назад приобрел его отец, и вернулся в Лондон, чтобы управлять семейным бизнесом. С тех пор она видела его лишь однажды. Он приехал в Уайлдвуд после рождения сына в сентябре. Он каждый день навещал ее, оставаясь в спальне не более десяти минут, но даже во время этих кратких визитов всегда присутствовала ее мать, которая руководила беседой, сознательно выбирая темы, которые, казалось, предназначались только для Элизабет и исключали зятя из разговора или же требовали от него только односложных ответов. Он вернулся в Лондон меньше чем через неделю, лишь коротко попрощавшись с Элизабет — опять же в присутствии ее матери.

Ее супруг был жестким, гордым, лишенным чувства юмора, мрачным человеком. Он действительно был красив как грех: светлые волосы, правильные черты лица и подтянутая фигура, — но не обладал ни характером, ни душевной теплотой, которые могли бы вызвать хоть малейшую привязанность. Он ужасно разочаровал Элизабет. Несмотря на это, он был ее мужем, и ей было неприятно слышать, как мать принижает его. Когда няня вышла, чтобы принести еще вещи для починки, Элизабет села и положила ребенка на колени. Она держала его за щиколотки и поочередно поднимала ножки, чтобы поцеловать нежные ступни.