— Что вы сказали? — Джейми изумленно уставилась на него. — То есть как это — не так быстро? Это мой офис, и я могу делать все с такой скоростью, с какой пожелаю. И теперь я хочу, чтобы вы убрались отсюда. Смотрите, чтобы дверь не поддала вам под зад, когда будете выходить!

— Я ничего не жаждал бы больше, чем пожать вам руку, поблагодарить за приятное знакомство и вежливо откланяться, пожелав всего наилучшего на поприще адвокатуры.

— Что же вам мешает?

— Две очень серьезные причины.

— Какие?

— Номер один — каким бы несправедливым ни был приговор, вынесенный вашим дядей, я обязан исполнить решение суда.

— А номер два? — спросила Джейми.

— Ваши родители считают, что существует угроза вашей безопасности.

— Они считают, что я в опасности, если их нет рядом или я не нахожусь в доме, двери и окна которого заперты на висячие замки.

Странно, подумал Сэм. Супруги Гибсон предупреждали, что их дочь упряма. Так и оказалось. Но они не упомянули о том, что она красива. А Джейми, несомненно, красива.

Каштановые локоны рассыпаются по плечам, обрамляя овальное лицо с большими карими глазами, опушенными густыми темными ресницами. Она не очень высокая. Хрупкая стройная фигурка. Джейми невольно пробудила в нем инстинкт защитника, но Сэм решительно подавил его. Нет, конечно, он защитит ее, но в этом не будет ничего личного. И у него нет ни малейшего желания убедиться, есть ли у нее ямочка на подбородке, потому что он не намерен проводить расследования в этой области.

Глядя на Джейми с высоты своего роста, Сэм сказал:

— Когда я был полицейским, по опыту убедился, что к любой угрозе нужно относиться серьезно. — Урок стоил ему дорого. Сестра его лучшего друга заплатила за это своей жизнью. Если он снова повторит ту ошибку, это будет означать, что ее смерть оказалась напрасной. С такой мыслью Сэм не смог бы жить.