— Сколько бандюгов-то было? — озадаченно оглядывал арену милиционер.

— Трое или четверо… — неуверенно привирал бармен.

Но один из бульдогов гневно осек:

— Один он был… Да баба еще с ним была. Но он один был.

— Один?! Как же один мог столько бизонов порушить? — недуменно хмыкнул пэпээсовец. — Или здесь одни толстовцы: он вас по правой, а вы ему левую? Так, что ли?

— Да не… — юлил Бульдог. — Мы, во-первых, по одному выходили. И потом… он же клиент. Как на клиента руку поднять? И вообще… он какой-то каратист или самбист.

— Боксер он, — подал голос один из клиентов, — боксер, Бравин Леша.

Пэпээшник обернулся к напарнику:

— Иди, сообщи: Бравин.

Тот спустился к машине и включил рацию:

— Аллэ, дежурный. Здесь семнадцатый. В «Черевичках» хулиганство злостное, с пострадавшими и материальным ущербом.

— Нарушителя задержали?

— Нет, чуток не успели. Сбежал он. Но имя есть: Брагин Алексей… или Леонид. А вообще-то этим Череванам давно пора по мусалам надавать. Моя бы воля, я бы этого Брагина к награде… Но как против череванов попрешь? У них же выход на самого…

— А ну прекратить «светские» беседы! — грозно прохрипела вторая, стационарная рация. — Семнадцатый, немедленно организовать поиск и задержание преступника! Ты мне головой ответишь, понял?

— Так точно… — отключившись, пэпээшник зло сплюнул.

И как раз в это время снова ожила рация дежурного по городу:

— Семнадцатый, отмена приказа на задержание. Взяли этого Бравина.

* * *

Врач, вызвавший милицию, уже пожалел о звонке. Хотя что там: «пожалел — не пожалел»: это его обязанность. Если подозрение на криминальное ранение, он обязан оповещать.