
— Вы что-то сказали, миссис Логан? — закричал шериф Джессуп, как будто она была глухая и слегка чокнутая.
Кэтрин вздохнула. Придется ей наглеть до конца, иначе в городе решат, что она еще глупее, чем ее считают теперь.
— Отпустите его, и я возьму его к себе на ранчо «Серкл-Эй».
Шериф в изумлении смотрел на нее. Никто еще до сих пор не отвечал на его постоянный вопрос, задаваемый перед казнью для проформы. Его реакция напомнила Кэтрин о ее брачной церемонии, произошедшей три года назад. Когда пастор спросил, нет ли у кого возражений против соединения пары в священный союз, то никакого ответа он на самом деле не ждал.
Кэтрин подавила в себе желание рассмеяться при виде идиотского выражения на лице Джессупа. Смех сейчас ее делу не помог бы. Напротив, она придала своему лицу то строгое выражение, к которому прибегала в общении со своим самым трудным учеником.
— Закройте рот, Харли, и отпустите его по моей просьбе. Я не собираюсь препираться с вами по этому поводу целый день на такой жаре.
— Но, миссис Логан, в Секонд-Чэнсе до сих пор никто не получал еще одного шанса. — Джессуп почесал голову. — Во всяком случае, на моей памяти.
— Если вы чего-то не видели, это вовсе не означает, что этого не было. Отпустите его.
— Что вы делаете, Кэтрин?
Голос снизу заставил Кэтрин посмотреть вниз — прямо в полные злобы глаза Диллона Суэйда.
— Не ваше дело, — прошипела она. — Вы забыли, что работаете на меня?
Этот проклятущий мужик был занудой. Диллон действовал ей на нервы с самого первого дня, когда она, двадцатипятилетняя невеста, всего лишь месяц как познакомившаяся со своим мужем в Вильямс-берге, прибыла в «Серкл-Эй». Он вечно стоял у нее над душой, поправляя ее и указывая, что надо делать, как будто старшинство по возрасту давало ему такое право. Даже теперь, когда она владела «Серкл-Эй», он продолжал обращаться с ней, как с ребенком — неприспособленным городским дитятей. Кэтрин не сомневалась, что будь она хилым цветком, отчаянно нуждавшимся в силе и мудрости Диллона, общение с ним было бы гораздо радостней и проще.
