— Обожаю, когда ты ревнуешь. Не хочешь молодую, бери старую. Мне подойдет любая.

— Как это по-мужски! — выразительно закатывая глаза, констатировала я, на что Евгений рассердился.

— Ну все, хватит, — рявкнул он, но, испугавшись своей смелости, сразу же дипломатично пояснил:

— Лично я иду ремонтировать кран и бачок, а ты можешь приготовить мне кофе, а если появится настроение, то и завтрак. Санька где?

— Санька спит, а ты иди к черту, так меня пугать. Говорила тебе, что разница в возрасте до добра не доведет. Мне уже сейчас трудно соответствовать твоим тридцати шести, а что будет через десять лет?

— Через десять лет я буду импотентом, и ты успокоишься, — обнадежил Евгений.

— Заманчивая перспектива.

Санька выскочил из спальни: и закричал:

— И я буду импотентом! И я!

Мне осталось лишь развести руками.

— Вот, милый мой, до чего доводит твое воспитание. Вот, чему ты учишь ребенка, хотя в его возрасте это неплохо, особенно при его болезненном интересе к сексу. Вчера он справлялся, что такое секс-премьер и сексофон.

— Надеюсь, ты правильно ему объяснила, — рассмеялся Евгений, хватая Саньку на руки и подбрасывая под потолок.

— Можешь не сомневаться, — ответила я и удалилась на кухню варить кофе, раз уж в этом доме совершенно не дают поспать.

Звонок в дверь застал меня за этим занятием. Из ванной выбежал Евгений и с криком «это Серега пришел на помощь!» помчался в прихожую.

Серега, друг Евгения, в помощи постоянно нуждается сам, но. при этом (как последний враг) умудряется еще предлагать и свою, хотя от этого выходят одни неприятности.

На этот раз Серега, видимо, обещал справиться с бачком и краном. Я живо представила, что теперь с ними станет, но решила по пустякам не расстраиваться.

Поэтому, спокойно закуривая сигарету, я сидела на кухне и изучала в зеркале свое лицо, которого якобы на мне нет, и была вполне довольна тем, что вижу.