— Мне понадобится расписание ваших светских занятий, — прервал он течение ее мыслей. — Я человек деловой. Раз мы будем встречаться, то я должен планировать свои дела.

Она указала на небольшую тетрадь на столике — Хорошо. — Он взял тетрадку, сунул ее в задний карман брюк. — Деньги вам понадобятся?

С каким наслаждением она дала бы ему вместо чая яд!

— Скорее умру с голоду, — пробормотала она.

— Приятно слышать, по крайней мере, вы обойдетесь мне не слишком… дорого.

Слово «дешево» не было произнесено, но достаточно красноречиво обозначено паузой.

— Доброй ночи, — холодно сказала Сара.

— Приятных сновидений. Он послал ей воздушный поцелуй и вышел. Как она его ненавидела! Он не мог этого не видеть. Почему же тогда он так добивается этого брака? С его внешностью, его деньгами он мог бы выбрать любую красавицу. В свете он чувствовал себя достаточно свободно. Его самоуверенность не знала границ, как и его эгоизм. Тогда почему Келлум Грант выбрал именно Сару? Непостижимо!

В пасхальное воскресенье Сент-Клер открывал свои ворота деревенскому празднику. Границы поместья были обозначены подстриженным можжевельником, украшенным флажками.

Пахло сосисками, пончиками и сластями, в палатках продавали рыбу. Смеялись и кричали дети, бегая по лабиринту, устроенному так, что чаще всего они возвращались обратно, к входу. Чтобы добраться до центра, требовалось большое искусство. На крыше возились рабочие. Деньги Келлума Гранта уже начинали преображать Сент-Клер, не ремонтировавшийся многие годы.

Сара увидела Уэйна. Он медленно вел под уздцы Бантера, на котором, ухватившись за шею, сидел Мартин Пирсон, маленький мальчик.

— Держи его! — крикнула Сара, потому что малыш стал съезжать набок. Уэйн ухмыльнулся и ухватил Мартина за воротник.

Арнольд Ватлер, викарий, добродушно улыбался, глядя на это зрелище. Он подошел к Саре.