Поднявшись, Хавьер указал ей на дверь:

— В таком случае нам больше не о чем говорить.

На мгновение Роми потеряла дар речи.

— Ты хочешь, чтобы я родила тебе ребенка, а потом отказалась от него и исчезла из его жизни? — наконец произнесла она с недоверием.

— Зачем мне выгонять жену?

Кровь резко отхлынула от ее лица.

— Что значит жену?

— Ты выйдешь за меня замуж, а я взамен откажусь от всех обвинений против твоего отца, — ответил он насмешливым тоном. — И заплачу все карточные долги Андре.

Роми потеряла способность мыслить, когда перед ее внутренним взором пронеслась череда эротических образов, которые она никогда не сможет стереть из памяти.

— Я не хочу выходить за тебя замуж, — пробормотала она.

— Подумай о преимуществах.

— На данный момент я не вижу ни одного.

В его глазах промелькнули искорки веселья. Или это была просто игра света?

— Нет?

Роми заставила себя подавить захлестнувшие ее эмоции.

— Три года назад между нами не было ничего особенного.

«Лгунья», — мысленно сказала себе Роми. Однажды она попыталась забыть его ласки и поцелуи, занявшись сексом с другим мужчиной, и до сих пор жалела о той ошибке.

Хавьер едва удерживался от того, чтобы не притянуть ее к себе и не поцеловать, не заставить ее стонать от удовольствия. Вместо этого он протянул руку и нежно правел пальцами по ее щеке, затем по чувственной нижней губе. Ее глаза потемнели, и она тихонько вздохнула.

Глупо было надеяться, что она может забыть прикосновения Хавьера де Васкеса. Призвав на помощь остатки самообладания, Роми приказала себе стоять смирно и не отводить взгляд.

— Ты хочешь помочь своему отцу, — спокойно произнес Хавьер. — Я только что предложил тебе единственный способ решения проблемы. Выбор за тобой.

Мысль о том, что ее отец проведет несколько лет в тюрьме, будет терпеть всяческие лишения и, возможно, умрет даже там, была невыносима.