— Сердиться? — хрипло рассмеялся он. — О, я совсем не сержусь! Я просто вне себя!

Стронг прошел вперед, уперся обеими руками в стену у плеч Айрис. Оказавшись в ловушке, она судорожно вздохнула.

— Ты заявила, что оставляешь ребенка себе, и, не соизволив объяснить причину, на два дня исчезаешь из города. Отправляешься веселиться... за мой счет?

— Это неправда! — Слова Стронга ранили ее как острые осколки, а его близость кружила голову, пробуждая воспоминания, от которых хотелось скорее избавиться.

— Вот как? — Его рот презрительно искривился. — Тогда где же ты была, черт возьми? Я все это время искал тебя. Звонил, заходил... Ты что, пряталась? Боялась со мной встретиться? Нарочно уехала, чтобы я не мог тебя найти, да? — Ледяные глаза смотрели на Айрис в упор. — Я хочу знать почему!

Раздраженный голос Стронга лишал ее присутствия духа. По телу девушки побежали мурашки. Он правильно понял, что она избегала его, хотя не знал причины.

— Разве женщина не имеет права на своего ребенка? — твердым голосом произнесла она, поражаясь собственной смелости и не сводя со Стронга зеленых глаз. — Это выше человеческого понимания? Материнский инстинкт...

— К черту материнский инстинкт! — вспыльчиво перебил он. — Тебе придется придумать что-нибудь другое! И почему ты ничего не сказала Мейбл? — Стронг уже не сдерживал гнева. — Я думал, вы подруги! Почему ты заявила о своем отказе отдать ребенка именно мне? Да потому, что такая расчетливая особа, как ты, поняла, что жена не перенесет этого...

Испуганная, до полусмерти, Айрис смотрела на своего обвинителя во все глаза. Господи, только бы не сорваться и не...

А Дэвид уже не мог остановиться:

— Не делай вид, что ты ничего не понимаешь! Тебе прекрасно известно, что Мейбл жила надеждой на этого ребенка. Разве ты можешь почувствовать всю глубину ее горя, отчаяния, которые толкнули жену на этот шаг, — просить другую женщину родить для нее ребенка, которого она не может зачать сама. И тут вдруг узнать, что этого ребенка у нее не будет! — Айрис чувствовала ненависть в тяжелом мужском дыхании. – Ты, разбила мою семью — ты, корыстная маленькая сучка! Но если ты думаешь, что лишишь меня моего ребенка так же, как лишила дома, то жестоко ошибаешься!