Предельно ясно, подумала Айрис. Ей было больно слышать эти полные недоверия и пренебрежения слова. Она и так готова сделать для своего ребенка все на свете, но признаваться в этом не собиралась.

— А что ты сделаешь, если я не послушаюсь? Посадишь меня в карцер? — зло огрызнулась она и с гордым видом села в машину.

К коттеджу они подъехали уже в полной темноте. Стронг настоял на том, чтобы перекусить по дороге. Есть, Айрис не могла, что, конечно было приписано исключительно ее упрямству. Из-за остановки пришлось задержаться на целый час.

Когда "паккард" остановился у небольшого дома, поодаль от остальных, Айрис почувствовала приступ тошноты.

— Подожди минутку... Дай мне прийти в себя, — с трудом произнесла она, когда Стронг собрался выйти из машины. Против воли Айрис, голос звучал жалобно, и она презирала себя за это. Ей не хотелось обнаруживать свою слабость.

— Что с тобой?

— Меня тошнит... — Она согнулась и прикрыла рот обеими руками.

— Мне казалось, что это бывает только по утрам, — заметил он, когда Айрис вновь откинулась на спинку сиденья.

— Мне тоже. — Почувствовав себя лучше, она сыронизировала: — Но, похоже, что теперь мои внутренние часы постоянно показывают утро.

— Почему, черт возьми, ты мне ничего не сказала? — Как ни странно, он действительно был встревожен. Айрис молча пожала плечами. Сам же заявил, что ему на нее наплевать...

Дверца "паккарда" хлопнула, и высокая темная фигура, миновав калитку, двинулась по тропинке к дому. Затем послышалось звяканье ключей и звук открываемого замка. Тут же загорелась лампочка, осветив ступеньки крыльца и великолепные кусты гортензии под окнами.