Порфирий, прошедший превращение в XVI веке. Я была но именно Рената вызывала у меня наибольшую симпатию. Она, как и Грег в своё время отказалась от употребления человеческой крови. Видимо, от этого ее сущность как-то не менялась, и у Ренаты открылся дар: она начала рисовать изумительные картины. Про себя я считала их мистическими, так как сюжеты некоторых картин сбылись. Последний подарок Ренаты — удивительно светлое и яркое полотно, на котором изображался летний цветущий луг, залитый солнечными лучами, а на этом лугу, взявшись за руки и безмятежно улыбаясь, кружились мы с Грегом. Рената подарила нам картину на новоселье, мы повесили ее внизу в гостиной. Я частенько смотрела на нее, особенно в те моменты, когда меня охватывали дурные предчувствия и портилось настроение. Это была последняя работа Ренаты на тему наших с Грегом взаимоотношений.

Прошедшее лето Рената проводила в саксонском городке Гослар, брала там уроки живописи. На одном таком уроке она познакомилась с местным пареньком по имени Ганс, между ними вспыхнуло чувство. Ганс решил стать вампиром, чтобы никогда не разлучаться с любимой, но закончилось все ужасно. Он умер от укуса Ренаты, после чего та впала в жесточайшую депрессию. Ее привезли в Москву, но она никак не могла прийти в себя. И вот тогда я посоветовала ей вновь начать рисовать. Я и понятия не имела, чем все это может закончиться. У Ренаты была одна особенность — она умела каким-то образом входить в свои картины и оставаться там столько, сколько хотела. Как-то она поделилась со мной, что выдуманный и нарисованный ею мир становится для нее все более привлекательным, чем реальность. Однажды она нарисовала Ганса: он сидел на скамейке в прекрасном парке и выглядел как живой. Рената ушла в картину. Иногда мы с Грегом наблюдали, как они гуляют по парку, при этом их лица выглядели необычайно счастливыми. С тех пор прошло уже больше месяца, но Рената так и не появилась в реальности.