Он наблюдал за ней, ожидая ее решения. В комнате повисла тишина, Мишель изо всех сил пыталась вернуть себе самообладание под его пристальным взглядом. Она чувствовала, что ситуация вышла из под контроля. В течение десяти лет она тщательно взращивала враждебность между ними, боясь, что он узнает о ее истинных чувствах к нему. Слишком часто она наблюдала за женщинами, влюбленными в Джона Рафферти, за тем как загорался их взгляд, стоило им только увидеть его, как он ухаживал за ними, но потом бросал и находил себе новый сексуальный объект, и блеск в глазах брошенных женщин сменялся болью, тоской и пустотой. Теперь он смотрел на нее, как на новую игрушку для секса, именно этого все эти годы Мишель старалась избежать. Она не хотела, чтобы Рафферти видел в ней женщину, не хотела присоединиться к той шеренге женщин, которых он использовал и оставил. Тем более сейчас, когда у нее и без того достаточно проблем, не хватало еще добавить к ним разбитое сердце, а Джон Рафферти был ходячей головной болью для всего женского пола. Она и так на пределе, больше ударов ей не вынести, ни эмоциональных, ни материальных.

Пристальный взгляд Рафферти жег ее с черным огнем, скользя медленно по телу, будто измеряя ее груди, бедра, ноги, прикидывая, подойдут ли они ему, доставят ли удовольствие. Он никогда не смотрел на нее так прежде, и это одновременно было приятно и пугало Мишель. В его глазах был секс. В своем воображении он уже был в ней, пробовал ее на вкус, трогал ее, доставлял ей удовольствие. Это был взгляд, которому мало женщин могли сопротивляться, он был полон бессовестной сексуальности, чувственного опыта и высокомерной уверенности, что нет женщины, которая устоит перед ним. Он хотел ее, и собирался получить то, что хочет. Но Мишель не могла позволить этому случиться. Вся ее жизнь прошла, словно в тюрьме из шелка. Сначала ее душил своим обожанием отец, затем Роджер Бэкмен, ее муж, от чьей одержимой ревности она еле выжила. Впервые в жизни она была одна, отвечала сама за себя и находила в этом множество преимуществ. Потерпит она поражение, или преуспеет, теперь Мишель будет отвечать за себя сама, не обращаясь ни к кому за помощью. Она видела Джона насквозь: он хотел ее, но он не любил, и даже не уважал ее. Он считал ее бесполезным паразитом, живущим за счет мужчин.