- Что? - выдохнул он.

- Я с собой не справлюсь,- честно призналась она.

Он опять погладил ее по волосам.

- Вижу. - Джулия замерла, почувствовав, что он собирается сказать что-то еще.- С ума сойти! - продолжил он.- Нас тянет друг к другу. Это определенно! - Он отстранил ее от себя.- Придется, не сходя с места, выработать правила поведения.

Джулия вскинула голову и, глядя ему в глаза,

сказала:

- В таком случае вот вам правило первое - не смейте прикасаться ко мне!

- Бросьте, Джулия! Я не об этом. Позвольте заботиться о вас и Луизе. Не мешайте мне, ради Бога, заботиться о вас.

- Могу себе представить, что под этим подразумевается! - резко бросила она.

- Не надо, Джулия, к чему это? Постели нам все равно не избежать… И не смотрите на меня так! Мы же взрослые люди. Давайте договоримся вот о чем: вы забираете эти злосчастные сто пятьдесят долларов, а завтра, когда вернетесь с работы, вас будет ждать горячий ужин. Поверьте, мне приятно заботиться о вас. Тем более, что вам приходится еще и заниматься.

Он замолчал.

- Трогательно! Что еще? - насмешливо спросила она.

- А еще… надевайте эту кофточку почаще. Она вам идет.

- Договорились! В таком случае и у меня к вам просьба.

- Какая? С удовольствием выполню,- ответил он, подойдя к двери.

- Я надеваю по вашей просьбе эту блузку, а вы, чтобы сделать мне приятное,- намордник.

Он повернулся и ушел.

По воскресеньям - особенно с утра - магазин быстрого обслуживания Томпсона напоминал зоосад, а возможно, и прерии. Во всяком случае, толпы покупателей порядком смахивали на табуны диких лошадей - топот и гвалт стояли невообразимые.

Леди и джентльмены, семейные пары с чадами и домочадцами, худые и упитанные, коротышки и верзилы, весельчаки и ипохондрики требовали мороженое и орешки, шоколад и содовую, запчасти для машин и пастилки от кашля. Те, что с похмелья - приходили и такие,- не удосуживались даже пересчитать сдачу. И все, конечно, спешат, и всем, конечно, тут же вынь да положь.