Джош улыбнулся и отшвырнул спичку.

– Тогда, наверное, вы все время заняты, мадам. Анна понимала, что ей следует предложить незваному гостю убраться, а самой уйти в дом. И зачем только она продолжает поддерживать этот бессмысленный разговор?

– А может, у вас имеются рекомендации? – поинтересовалась она. – От тех людей, у которых вы раньше работали?

Вопрос Анны заставил Джоша задуматься, он сделал несколько затяжек, прежде чем заговорил:

– Что ж, я мог бы сказать вам, что последние три года работал первым помощником начальника четвертой заставы на дороге в Амарилло, а до этого старшим скотоводом на одном из самых крупных ранчо в Вайоминге. Я мог бы сказать вам, что я близкий друг губернатора Аризоны, что в Калифорнии соревновался на скачках с начальником полиции. Или… – Джош улыбнулся, – что я недавно сбежал из тюрьмы города Юма и уже почти год нахожусь в бегах. Конечно, вам потребуется довольно много времени, чтобы проверить любую из моих версий, но когда вы все выясните, это уже не будет иметь значения, не так ли? Единственное, что для вас важно, так это знаю я свою работу или нет.

Анна задумчиво посмотрела на Джоша. Да, человек он явно неординарный. Он выглядит как ковбой, но рассуждает очень здраво и говорит слишком правильно, чтобы быть неграмотным бродягой. Да и нет у него той шаркающей, тяжелой походки, по которой Анна уже научилась отличать бродяг, кочующих в седле. Одежда запылилась и запачкалась в пути, однако за пояс заткнуты перчатки тонкой работы, а сапоги украшены ручной вышивкой. Он мог быть любым из тех персонажей, о которых только что говорил. Или никем из них.

Поэтому, посмотрев Джошу в глаза, Анна задала ему единственный вопрос, который могла задать в этой ситуации:

– А вы знаете свою работу?

Джош поднес самокрутку к губам, затянулся и медленно выпустил дым. Улыбка, неожиданно появившаяся на его лице, была такой очаровательной, такой ленивой и вызывающей, что не могла оставить Анну безучастной.