Лоренцо подумал, что у нее необыкновенные глаза — цвета лаванды.

— Ты слышал хоть слово из того, что я сказала?

Лоренцо де Люка нехотя оторвал завороженный взгляд от лица женщины, которая подала ему суп, и снова повернулся к своей спутнице. Несмотря на растущий интерес к очаровательной молодой женщине, которая обслуживала их, он не мог постичь того, зачем его помощница, возглавлявшая в его компании отдел по связям с общественностью, притащила его в этот старый английский дом. В такую развалюху!

Амелия Вэйтон забарабанила искусно накрашенными ноготками по полированной поверхности антикварного обеденного стола.

— Я нахожу, что это отличное место.

Удивленный, Лоренцо снова перевел взгляд на очаровательную хозяйку.

— Да, — пробормотал он. — Согласен.

Он взглянул на тарелку супа, аппетитно пахнущего розмарином, и погрузил в него ложку.

Амелия снова забарабанила ногтями. Крошечные царапины в форме полумесяца появились на блестящей поверхности стола. Боковым зрением Лоренцо увидел, как женщина вздрогнула, но тут же приняла тот же делано невозмутимый вид, как и час назад, когда он только что приехал в поместье Мэддок-Манор.

Он еще тогда заметил, как прищурилась эта леди Мэддок и как раздувались ее ноздри, хотя она приветливо улыбалась. Сейчас она быстро скользнула по нему своим фиалковым взглядом, и Лоренцо почувствовал, что не произвел на нее никакого впечатления. Это удивило его.

— Ты еще не видел, какой здесь парк, — продолжала Амелия, осторожно попробовав суп.

Лоренцо знал, что она едва притронется к обеду из трех блюд, который приготовила для них леди Мэддок, то есть Эллери Данант, которая была одновременно поваром, официанткой и хозяйкой Мэддок-Манора. «Этой аристократке, должно быть, ужасно неприятно обслуживать гостей», — подумал Лоренцо с циничным удовольствием. Конечно, им с Амелией удалось приобрести кое-какой лоск, но они все еще оставались нетитулованными нуворишами. Никакие деньги не в состоянии были отбить зловонного запаха трущоб, откуда они родом. Лоренцо прекрасно знал это.