— Можешь быть уверен: Хоуксмур затеял какую-то игру, — ответил Рэнальф, наливая вино в два хрустальных кубка. — Если бы мы знали, в чем она заключается, то смогли бы что-нибудь придумать.

Признательно кивнув головой, Роланд взял протянутый ему бокал. Из двух братьев он обладал более рассудочным характером, и ему часто приходилось выслушивать упреки в пассивности и холодности от своих куда более импульсивных и отчаянных родственников.

— Если ты хочешь сохранить свою власть и влияние при дворе, у нас нет другого выбора, как только согласиться на предложение королевы, — медленно произнес Роланд. — И только в том случае, если удастся убедить Ариэль…

— Ариэль сделает все, что мы скажем.

И снова движением руки Роланд остановил брата. В отличие от него он далеко не был уверен в покорности их младшей сестры, однако не хотел высказывать сейчас вслух свои сомнения.

— Замужество Ариэль за Саймоном Хоуксмуром может быть обращено нам на пользу, — задумчиво продолжал он. — Вполне можно устроить так, что Хоуксмур оставит этот мир намного раньше своей жены, и тогда земли вернутся к Равенспирам без всяких споров и оговорок. А, кроме того, — слегка улыбнувшись, добавил он, — за счет Хоуксмура можно будет устроить небольшое развлечение… разумеется, еще до его безвременной кончины.

Рэнальф пристально посмотрел на своего старшего брата.

— Объясни, — только и произнес он.

Леди Ариэль Равенспир пустила свою лошадь галопом по плоской болотистой равнине. Позади нее возвышалась массивная восьмиугольная башня монастыря Эли, известная всей округе как «Церковь на Болотах», впереди на фоне серого осеннего неба вырисовывались острые шпили домов и соборов Кембриджа. Перед ее лошадью неслись два огромных волкодава, радуясь возможности размяться, увлеченные азартом охоты. Вскинув пистолет, Ариэль подстрелила взлетевшего бекаса, и собаки наперегонки бросились к упавшей птице, чтобы схватить ее.