– Должен поздравить вас с удачной охотой, княжна, – произнес он, пока они пересекали квадратной формы залу, направляясь к столу. – Я видел волка. Это был мастерский выстрел.

Она просияла с тем простодушным удовольствием, которое выказали бы девицы, впервые появившиеся в петербургском высшем свете, услышав комплимент своему наряду или умению танцевать. Нет, она не красавица, снова подумал Адам, но невероятно привлекательна. И какие удивительные ресницы – изогнутые, как сабли, и густые, словно кисть художника.

– Это было нетрудно, граф, поскольку я заранее приготовилась, – проговорила она с улыбкой благодарности за то, что он помог ей устроиться на стуле с высокой резной спинкой, – В течение нескольких дней он выходил на охоту одной и той же тропой. Я выследила его, и это сослужило мне хорошую службу.

– Разумеется, – пробормотал он. – К сожалению, я не имел ни малейшего представления о ваших способностях, отсюда и мое рыцарское желание заменить даму в том деле, которое я так ошибочно посчитал более подходящим мне, нежели вам.

Софи окинула его подозрительным взглядом, но лицо, склонившееся над ней, излучало предельную искренность, а широкая улыбка словно приглашала перевести то нелепое недоразумение в шутку.

– Не выношу, когда меня пытаются обуздать, – отчеканила она, – Конечно, у меня довольно вспыльчивый характер, граф, и боюсь, иногда я поступаю опрометчиво.

– Предлагаю забыть об этом.

– С удовольствием, – согласилась Софья Алексеевна. – Не желаете ли отведать фаршированной щуки, граф? Ее поймали в нашей речке.

За приятной беседой и обменом любезностями ужин шел своим чередом, хотя старый князь Голицын ел без особого аппетита, больше слушая и наблюдая с иронически-насмешливым удивлением за тем, как граф Данилевский пытался завоевать доверие княжны.