Тот же разрез больших темных глаз, опушенных длинными ресницами, тот же рисунок рта. Но овал лица – иной. У Филиппо мордочка круглая, с пухлыми щечками. Неужели и у нее когда-то было такое же веселое круглое личико? И нос другой… Различие пола тоже сказывается. Будь Филиппо девочкой, сходство между ними наверняка было бы заметнее. На своего отца – того, родного, – мальчик вообще не похож. Впрочем, она уже смутно помнила, как выглядел Серджио. У Кьяры привычно сжалось сердце.

Да, дорого ей обошелся тот вечер у Луиджи. А эти тоскливые вечера в Нью-Йорке… Она садилась у окна и, глядя на высокие, вечно дымящие черные трубы, вспоминала деревню, горы, кипарисы, оливковую рощу. И Филиппо. Ни новая жизнь, ни новые друзья не помогли ей забыть того, что случилось на родине. Кьяра окончила курсы медсестер, а затем – воспитателей, успела поработать няней в нескольких семьях. Но упорно продолжала думать о прошлом и стремиться назад, в Италию. Пока была жива мать, Кьяра не решалась уехать, – последние годы та сильно болела, и ей был необходим постоянный уход.

Но после смерти матери девушка поняла, что в Америке ее больше ничто не держит. Семья брата так и не стала ей близка, да они и не нуждались в ее помощи. Карло неплохо устроился; его маленький ресторанчик всегда был полон посетителей, заказы разносили подросшие дети, за кассой, как всегда, сидела Виттория. Кьяра была не нужна. Поэтому никто не стал возражать, когда она заявила, что хочет переехать в другой город, – девушка не призналась в какой, а Карло не стал расспрашивать, ему было все равно.

Через несколько месяцев Кьяра улетела в Италию. Не задержавшись в Риме даже на день, она пересела на междугородний автобус и через пару часов уже была в Санто-Феличе.

Смеркалось. Она шла по узким улочкам, осторожно оглядываясь по сторонам, отворачиваясь от случайных прохожих. Вокруг мелькали полузабытые лица, знакомые дома. Только все стало как-то меньше, теснее, уже. Встречные смотрели на нее с любопытством, но не узнавали в высокой, красивой, уверенной в себе иностранке пугливую худенькую девочку, сестренку Карло.