Лучше всего не обращать внимания, решила Кьяра. Хотя это будет непросто, – ее губы все еще хранили вкус его поцелуя. Да что же это такое, как будто у нее и без того мало проблем!

– Думаю, мне все-таки придется вернуться домой.

Никколо подвел Кьяре Пенелопу и помог сесть в седло. Девушка крепко сжала поводья, стараясь не обращать внимания на мучительно ноющее плечо. Вдалеке маячил Филиппо на Султане.

– Вы не беспокоитесь за сына, когда он скачет вот так, один? – не выдержала она.

– Конечно, беспокоюсь. Но не могу же я все время держать его на привязи. А потом, если я запрещу ему ездить верхом, он просто возненавидит меня.

– Не думаю. Не думаю, что он сможет вас возненавидеть, что бы вы ни сделали. Вы для него все.

– Несмотря на то, что я уделяю ему недостаточно внимания? – Никколо бросил на нее лукавый взгляд.

– Я была неправа, – признала Кьяра. – Вы далеко не самый плохой отец из тех, какие мне встречались.

– Рад это слышать. Как плечо?

– Побаливает.

– Скорее всего, у вас появится огромный синяк, – сообщил он. – Надо будет найти для вас специальный бальзам.

Им навстречу ехал Филиппо. Поравнявшись с Кьярой, он придержал коня.

– Извините, – пробормотал он неловко, глядя куда-то в сторону. – Я не должен был так говорить. Пенелопа оступилась не по вашей вине.

Кьяра не успела ответить, как Филиппо снова рванул поводья и умчался вперед.

– Вот это действительно прогресс, – уважительно заметил Никколо. – Если дело пойдет с такой скоростью, то к моему отъезду вы и вправду подружитесь.

Кьяра с сомнением пожала здоровым плечом. И все же первый шаг навстречу друг другу они с Филиппо сделали.

К тому моменту, когда они добрались до конюшни, клубившиеся целый день облака собрались-таки в большую темную тучу.