Но только не с ним, подумала она мрачно. Опершись на протянутую руку, девушка медленно поднялась с земли. Внезапно плечо ее пронзила такая сильная боль, что она не смогла сдержать стона.

– Ничего страшного, – сказала она торопливо. – Просто ушиб. Могло быть и хуже.

– Гораздо хуже, – согласился Никколо. – Вы запросто могли сломать шею. – Он осторожно ощупал ушибленное плечо. – Кость вроде бы цела. Попробуйте подвигать рукой.

Она послушно подвигала, стараясь сохранять безразличное выражение лица. От его прикосновений у нее в голове все смешалось, по телу пошло тепло. И Никколо это заметил, – она читала это в его глазах, медленной улыбке.

– Я хочу тебя, – сказал он тихо.

Чувствуя, как тяжело бьется сердце, Кьяра отвернулась, пытаясь найти Пенелопу. Но лошадь была рядом. Они с Язоном мирно стояли бок о бок, пощипывая траву. А впереди переступал с ноги на ногу Султан. Сжимающий поводья Филиппо пристально смотрел на отца и Кьяру, и на лице его отражалась целая гамма чувств.

– Вы даже ездить верхом не умеете, – проговорил он сквозь зубы. – Моя мама никогда не падала с лошади.

Никколо хотел прервать сына, но Кьяра торопливо схватила его за руку.

– Конечно, мне никогда не сравниться с твоей мамой, – сказала она спокойно. – Но ты можешь поучить меня правильно ездить.

– Да кому-нибудь придется, – ответил Филиппо язвительно, – пока Пенелопа не осталась без ноги.

Он рванул поводья, и Султан вихрем унесся прочь.

Кьяра расстроенно посмотрела на синьора Никколо.

– Как вы думаете, это можно назвать прогрессом в наших отношениях?

– Это можно назвать бессовестной грубостью, – сказал он сердито. – Вы не должны были затыкать мне рот.

– Это еще больше испортило бы отношения между нами. И потом, Филиппо прав. Из-за моей неопытности могла пострадать Пенелопа.

– Даже самых опытных из нас обстоятельства могут застать врасплох. – Никколо внезапно молниеносно поцеловал Кьяру в губы. – Вот так, например, – сказал он, с довольной улыбкой глядя на ее ошарашенное лицо. – Хотите продолжить или пойдем домой?