— Здравствуйте. Что вам угодно?

— Здравствуйте, Пегги. Я ищу… одного пациента.

— Находящихся здесь людей мы пациентами не называем, — произнесла она вежливым тоном. — Это хоспис, мистер…

— Реб Барнетт, — сказал я.

— Люди приходят сюда, чтобы закончить свою жизнь в спокойной атмосфере, мистер Барнетт.

— Я ищу Харви Гранта. Он здесь?

— Мистер Грант? Да. Он здесь.

— Кто он? Вы можете о нем что-нибудь рассказать?

Пегги прикрылась ладонью и чихнула. Затем, коротко извинившись, исчезла и вскоре вернулась с прижатым к носу бумажным носовым платком.

— Аллергия. Случается со мной каждый год.

Я вошел за ней в вестибюль, просторное светлое помещение, и повторил вопрос насчет Харви Гранта.

Пегги промокнула платочком нос.

— Извините, но мы не имеем права обсуждать наших гостей. Это против правил. Пойдемте, я провожу вас к нему.

Вслед за Пегги я поднялся по широкой деревянной лестнице с изящными резными перилами, покрытой роскошным серым ковром. В конце длинного коридора она остановилась у комнаты с полуоткрытой дверью. Постучала, затем вошла. Я — следом за ней.

Шторы в комнате были задернуты, освещение тусклое. На столе в вазе — свежесрезанные цветы. В углу — металлическая двуспальная кровать, на ней старик. Почти лысый, если не считать нескольких редких пучков серебристых волос. Изможденное лицо обтягивала очень бледная кожа. Глаза закрыты. Его вполне можно было принять за покойника. Но, присмотревшись, я заметил слабое шевеление грудной клетки, а потом и расслышал тяжелое, хриплое дыхание.

Пегги тронула его за плечо:

— Мистер Грант. Харви. — Веки умирающего чуть приподнялись, он посмотрел на нее кротким взглядом. — К вам гость.

Харви Грант медленно поворачивал голову, пока его глаза не встретились с моими. Затем проговорил скрипучим голосом:

— Спасибо, мисс. Теперь можете идти.