Однако душа ее была пуста. Хорошо еще, что горе со временем смягчилось, а острая сердечная боль пригасла.

Часы на здании суда пробили семь. Слишком взвинченная, чтобы ужинать в шикарном ресторане отеля, Имоджен сняла изящный льняной костюм, привезенный для встречи с матерью, надела простое хлопчатобумажное платье и босоножки. Прогулка быстрым шагом – гораздо лучше, чем плотный ужин, – поможет расслабиться и подарит спокойный сон без кошмаров.

Хотя с озера дул легкий бриз, воздух хранил дневное тепло. Скрыв большую часть лица солнцезащитными очками, Имоджен вышла из отеля и сразу свернула направо, к деревянному променаду, протянувшемуся вдоль берега озера, миновала пирс, городской пляж, затем прошла через парк и сорок минут спустя оказалась в месте, которое прежде называлось «Чайным садом Роузмонта».

Как и многие другие достопримечательности города, этот сад претерпел изменения. Старые пластмассовые столы и стулья сменились удобной плетеной мебелью и вязаными ковриками. Вместо лепешек, домашнего клубничного джема и чая – разнообразные охлажденные супы, салаты и модные итальянские блюда.

– Имоджен Палмер, ты ли это прячешься за солнечными очками?

Имоджен вздрогнула и оглянулась. Пэтси Донелли! Из-за столика у ограды поднималась Пэтси Донелли, такая же черноволосая, как брат, и с такими же ярко-синими глазами.

Пэтси по-своему истолковала молчание Имоджен.

– Имоджен, это же я, Пэтси Донелли! Неужели ты меня совсем забыла?

– Конечно нет, – еле слышно проговорила Имоджен. – Просто удивилась, увидев тебя здесь, вот и все.

Хотя ответу Имоджен явно недоставало энтузиазма, Пэтси предпочла это не заметить. Приглашая Имоджен за свой столик, она выдвинула еще один стул.

– Нечему удивляться. В конце концов, на столетие Роузмонта народ со всех концов страны собирается. Я просто первая в череде знакомых лиц, с которыми ты столкнешься. Джо тоже приехал. А ты надолго к нам?