– Нет, ненадолго, – выдавила Имоджен, с трудом подавив порыв броситься прочь и, покидав вещи в чемодан, мчаться в аэропорт. Там она вскочила бы в первый же самолет, летящий на запад, и только тогда перевела бы дух.

Взмахом руки Пэтси подозвала официанта и попросила принести еще один бокал, затем выжидательно посмотрела на Имоджен.

– Расскажи о себе. Ты замужем? А дети есть?

– Нет. – Ответ прозвучал почти резко, но Имоджен никак не могла переварить известие о том, что Джо Донелли в городе. Она не сможет встретиться с ним. Она этого просто не переживет. Вот так! Не переживет! Мало того, что он, как черт из табакерки, все время выскакивает в ее воспоминаниях, не хватало еще встретить его на самом деле.

Пэтси перегнулась через столик. Озабоченные морщинки прорезали ее хорошенькое оживленное личико.

– Имоджен, я тебя чем-то обидела?

Имоджен постаралась взять себя в руки.

– Нет, нет. Просто я удивилась, что ты меня помнишь.

Это заявление нельзя было назвать совершенно идиотским. До тринадцати лет ее учила гувернантка, а потом, если бы мать настояла на своем, она поехала бы в какой-нибудь дорогой пансион. Однако Имоджен выклянчила у отца разрешение посещать среднюю школу Роузмонта, хотя никогда не чувствовала себя там своей. Круг ее друзей ограничивался несколькими девочками, которых ее мать считала достойными общения с представительницей рода Палмеров. Имоджен хватило бы пальцев одной руки, чтобы пересчитать всех, кому дозволялось пересечь границы «Укромной Долины» и поиграть в теннис или окунуть аристократические ножки в бассейн.

Хотя Пэтси Донелли была одной из лучших подруг Имоджен, она не соответствовала строгим стандартам Сьюзен и не бывала у нее в доме.

– Не помнить тебя? – Пэтси ухмыльнулась и жестом попросила официанта наполнить оба бокала из открытой бутылки вина, стоявшей на столике. – Мы все благоговели перед тобой, мечтали стать такими, как ты. Ты была... – Пэтси осеклась и замахала обеими руками, словно призывая на помощь ангелов. – Ты была принцессой. Таинственной, непостижимой. Вот почему...