Высокий потолок с балками, подсвечники по стенам, длинный узкий стол, начищенные серебряные приборы, изящный сервиз сливочного цвета — все это уносило в другую эпоху… и разительно отличалось от крошечной столовой у нее дома, где стояли старый обеденный стол, купленный в магазине подержанных вещей, да четыре стула с потертой обивкой.

Бросив взгляд на свое незатейливое розовое платье из хлопка и на кулон сердечком из розового кварца, доставшийся от мамы, Джорджия подумала о том, что хозяин вправе ожидать от нее более элегантного наряда для обеда в своем импозантном доме.

Но ведь Ноя это не волновало, значит, и ей не стоит волноваться.

Они никогда не могли себе позволить дорогой одежды, так как для них главным было выжить. Они лишились родителей, когда Ною было четырнадцать, а Джорджии девятнадцать. Воспитанием брата, а также хозяйством занялась она, и нехватка денег преследовала ее постоянно.

Она даже романа не позволяла себе завести хотя в свое время и была серьезно влюблена в одного студента, — но не считала это жертвой: иначе поступить просто не могла.

Предложение Ною поработать над парком в Глентейне пришло как нельзя вовремя. Джорджия откладывала для Ноя все, что оставалось после оплаты счетов и затрат на ведение хозяйства. С согласия сестры Ной собирался вложить в свой садоводческий бизнес наличные, полученные за работу в Глентейне, и тогда, возможно, через пару лет материальные трудности немного отступят.

— Не беспокойтесь, дорогая, у нас не каждый вечер такой официальный, — успокоила Джорджию Мойра. — На неделе мы едим в столовой около кухни. А теперь прошу меня извинить — пойду посмотрю, где лэрд Страхан. Боюсь, что он заработался и забыл о времени. Вернувшись сюда, он с первого же дня с головой окунулся в дела. А тут еще бедняжка Валери сломала ногу. Так что вы, милочка, приехали как раз кстати.

Когда экономка вышла, Джорджия вздохнула с облегчением — ей было необходимо побыть одной, чтобы свыкнуться с непривычной обстановкой.