Вдвоем с Саймоном они быстро разрезали и стащили одежду с раненого. Лили перевела дыхание: она опасалась серьезного ранения в живот, а оказалось, что на левом боку мужчины всего лишь поверхностная рваная рана. Всего лишь! Однако ранение ноги выглядело куда серьезнее.

Она услышала сдавленный стон и, быстро повернувшись, обнаружила, что и Саймон уже находится на грани беспамятства.

– Наклоните голову… – Лили положила ладонь ему на затылок, вынуждая мужчину наклонить голову. – Вот так. А теперь глубоко дышите. Сейчас кровь прильет к голове, и вы оклемаетесь. Легче?

– Да, – выдавил он.

– Держите себя в руках, я не могу тратить время на вас.

– Да, мэм, – коротко прохрипел он. – Он выживет?

– Конечно. Бок едва задет, а нога… Пуля застряла в мягких тканях, сейчас я ее извлеку. Вашему другу здорово повезло.

– Повезло? – хрипло переспросил Саймон, у которого, кажется, даже на изумление не осталось сил.

– Конечно, – подтвердила Лили. – Это была пуля, а не дробь. И эта пуля не задела ни кость, ни артерию. Вы даже себе представить не можете, что может сотворить дробь с телом человека. Это было бы…

– Не нужно… – как-то странно всхлипнув, взмолился Саймон.

Лили покосилась на него и сухо сказала:

– Судя по внешнему виду, вы гораздо крепче.

– Простите, что разочаровал вас.

– Ничего, бывало и хуже, – пробормотала Лили, и они замолчали.

При всей своей браваде Лили чувствовала себя скверно. Конечно, она видела еще и не такие травмы, но то были раненые животные, а не люди! Саймон – слава Всевышнему! – держался, и Лили была ему за это благодарна. Она извлекла пулю, зашила раны и наложила антисептические повязки. По окончании операции Лили вытерла мокрый лоб и выдохнула:

– Все!

– О-о-о… – простонал Саймон, вцепившись в край стола.

Лили увидела, что пальцы его побелели от напряжения.

– Думаю, что все будет хорошо, – обнадежила она Саймона, – хотя ему долго придется восстанавливаться.