— Не сомневаюсь, — кивнула Рина, — особенно если учесть, что ты должна родить ровно через девять месяцев после вашей первой ночи.

— Я же объясняла. — Мэриел погладила живот, и её лицо приняло блаженное выражение, какое обычно бывает у новообращённых. — Наверное, судьба распорядилась, чтобы тот презерватив лопнул. В этом непременно должен быть некий высший смысл.

Блажен, кто верует. Никто из присутствующих не стал её переубеждать. Пережив потрясение вначале, теперь Мэриел пребывала на седьмом небе от счастья.

— Чак — просто чудо! — продолжала радостно чирикать будущая мать. — Хотя ему до седьмого пота приходится вкалывать у себя в агентстве, он всё равно находит время позвонить мне, интересуется, как мы с малышом себя чувствуем. Подумаешь, секс уже не тот! Не велика беда. В один прекрасный день все снова будет как раньше.

Несмотря на решительные слова, вид у неё не столь уверенный, подумала про себя Танзи и задалась вопросом: что же Мэриел на самом деле думает по этому поводу? Неужели Чак и впрямь будет устраивать её до конца дней? Если да, то он должен быть очень выносливым. А Рина с её Несметным Гаром? Неужели и Слоан всю жизнь проживёт со своим Глазастым Вольфом? А Солнышко-Сью и её драгоценный Образцово-показательный Пол? Неужели их сексуальная жизнь теперь сведена до одного раза в неделю в миссионерской позе, да время от времени секс Безумного Воскресенья — как назвала этот день сама Сью, когда они перестали ездить на обед к её матери после воскресной церковной службы.

Танзи содрогнулась при мысли, что когда-нибудь и у неё будут особые секс-дни. Подруги, насколько она могла судить, вполне довольны замужеством, и это самое главное. Слава Богу, они не пытаются насильно навязать ей единобрачие, которое, судя по всему, их самих устраивает.

Если у других женщин в этом возрасте порой возникает чувство собственной неполноценности, то её брачные часы ещё даже не начали тикать. Не говоря уже о биологических. Возможно, эти часики вообще никогда не затикают. И хотя на горизонте явственно замаячил рубеж в тридцать лет, Танзи это ничуть не волновало.